Илья Ефимович Репин, родившийся 24 июля (5 августа) 1844 года в Чугуеве, Российская империя, и скончавшийся 29 сентября 1930 года в Куоккала, Финляндия, был выдающимся русским живописцем, педагогом, профессором и действительным членом Императорской Академии художеств. С раннего детства он проявлял интерес к рисованию, обучался на топографа и работал подмастерьем у иконописцев. В Академию художеств он поступил лишь со второй попытки, но позже вернулся туда в качестве преподавателя. Его работы заказывали известные петербургские аристократы и даже император Александр III.

Творчество Репина отличалось тонким психологизмом, актуальностью и отражением общественных задач и тревог. Он часто обращался к моментам эмоционального пика своих героев. Основные жанры его работ включали портреты, исторические сцены и жанровую живопись. Современники считали его гением и одним из величайших художников, хотя сам Репин называл себя «заурядной фигурой» и утверждал, что лишен таланта. Он был мягким и уступчивым человеком, но легко приходил в ярость, если кто-то покушался на его живописные принципы. Работая над портретами, он, по собственному признанию, «на короткое время влюблялся» в натуру, изучал книги изображаемых писателей, слушал музыку композиторов и запоминал наизусть большие цитаты из стихотворений поэтов. Это был недолгий, но обязательный «медовый месяц» с людьми, чьи образы он создавал. Например, работая над «Бурлаками», Репин был в восторге от Канина, «до страсти влюблялся во всякую черту его характера и во всякий оттенок его кожи и одежды». Исследователи называли такую страстность «профессиональной целесообразностью». Хотя Репин писал и акварелью, и тушью, масляные краски всегда были для него на первом месте. Он работал кистями практически вслепую, стараясь не отрывать взгляда от модели.

Художник ушел из жизни 29 сентября 1930 года в возрасте 86 лет, успев написать прощальное письмо своим друзьям и близким:

«Прощайте, прощайте, милые друзья! Мне было даровано много счастья на земле: мне так незаслуженно везло в жизни. Я, кажется, вовсе не стою моей славы, но я о ней не хлопотал, и теперь, распростёртый в прахе, благодарю, благодарю, совершенно растроганный добрым миром, так щедро всегда меня прославлявшим».