Название храм получил благодаря северному теплому приделу, который был возведен артелью мастера Г. Тебенькова. Этот придел освятили раньше основной холодной церкви, и он, вероятно, несколько лет функционировал как самостоятельный храм. В 1767 году было разрешено разобрать старую деревянную Всехсвятскую церковь. В 1770-х годах построили холодную церковь с главным престолом Рождества Богородицы и теплую трапезную с приделом Филиппа, митрополита Московского. Настенную роспись в храме выполнил в 1778 году Т. Плотников. В конце XIX века церковь расширили, увеличив длину трапезной. В западном трехчастном притворе разместили крытую паперть и две боковые палатки. В начале XX века реконструкция, в ходе которой стену между четвериком и трапезной растесали и установили калориферное отопление, позволила сделать теплым весь храм. Приписная деревянная Вознесенская церковь, построенная в 1901-1906 годах, находилась в деревне Ракалово и сгорела в марте 1911 года от удара молнии.

Основной четверик церкви, увенчанный высокой сводной кровлей с характерным уступчатым переломом, доминирует в объемной композиции здания. Кровля имеет диагональные лотки, узкую полицу и декоративные люкарны по осям всех четырех сторон. Завершение в виде ложного граненого фонарика с ажурным ограждением и маковкой утрачено. К двусветному квадратному четверику с востока примыкает пятигранная апсида. Южная стена трапезной выровнена с фасадом четверика, а выступающий северный придел с трехгранной апсидой добавляет асимметрию в композицию. Алтарь и трапезная имеют одинаковую высоту с нижним ярусом храма. Придел и трапезная перекрыты общей скатной кровлей с вальмами на западную сторону и к придельному алтарю. Крыша над притвором имела живописную трехцентровую конфигурацию, повторявшую очертание фронтона, который ныне утрачен.

Помещение четверика перекрыто сомкнутым четырехлотковым сводом, а в алтаре, коробовым сводом, сходящимся к восточным стенам тремя лотками с распалубками над оконными проемами. Пространство трапезной разделено подпружной аркой на две части. Смежная с храмом и равная ему по площади квадратная часть перекрыта коробовым сводом с западным лотком. Западная часть трапезной имеет трехлотковый свод. Места над всеми проемами украшены распалубками. Аналогичная конструкция сводов имеется и над помещениями придела. Здесь участок над солеёй, выделенный подпружными арками, имеет приподнятую щелыгу, подчеркивающую значимость этого места в интерьере. Помещения притвора перекрыты цилиндрическими сводами.

В декоративном оформлении фасадов памятника ведущая роль принадлежит убранству верхних ярусов четверика. Схема размещения и характер декора традиционны для вятских храмов 1740-1760-х годов. Широкий профилированный карниз алтаря и трапезной с ступенчатыми сухариками переходит на фасады четверика. Подобный карниз отделяет аттиковую часть четверика. По вертикали оба яруса делятся на три части каннелированными лопатками, которые обрываются на уровне оконных сандриков верхнего света и доходят до карниза в виде парных полуколонок. Каждая сторона аттика имеет по три ложные закомары, тимпаны которых заполнены «лимонками». Сложные контуры закомар включают профильные кирпичные тяги и сухарики.

Все шесть окон второго света имеют оригинальные навершия, в рисунке которых отражены мотивы вятских храмов конца XVII, начала XVIII веков. Это рога-волюты и щипцы с прямоугольными и килевидными контурами, стойки которых, опирающиеся на сандрики, перебиты полочками. Между стойками помещены символические вставки-«покровцы» в виде бантиков и полотенец, перехваченных в двух местах жгутами. Декор остальных частей памятника достаточно прост и состоит из тех же лопаток и сандриков-полочек над проемами.

В интерьере холодного храма сохранилась рама пятиярусного иконостаса с остатками резьбы. Убранство придельного одноярусного иконостаса выполнено в духе классицизма и включает сень над царскими вратами, напоминающую пышный балдахин с раздвинутыми портьерами, а также разделяющие иконы колонки с каннелированными стволами и резными композитными капителями. Стенка иконостаса завершалась широкой аркой над царскими вратами и аттиком с плавными уступами по обе стороны от арки. Оба иконостаса относились ко времени освящения храма и обладали выразительным композиционно-художественным обликом, что подтверждает хотя бы тот факт, что одна из ангельских скульптур, оформлявших царские врата, хранится в фондах Государственного Эрмитажа. Сравнивая облик храма с очертанием придельного иконостаса, можно предположить, что силуэт завершения последнего послужил образцом при возведении фронтона над западным порталом, появившимся в конце XIX века.