В Писцовой книге города Орлова с уездом 1629 года упоминается починок Косигановский и пустошь Нефедева на реке Тюшке, где проживали семьи братьев Евсейки и Ивашки Батухтиных. Это место было давно обжито и богато, здесь жили уже несколько поколений дворохозяев. О давности возникновения починка свидетельствует характер землевладения братьев: разнообразные угодья, места для выпаса скота, мельницы на реке Истобенке, рыбная ловля на реке и озёрах Кривом и Затворном. К середине XVII века в округе появились новые заимки, починки и деревни, увеличилось население. В 1645 году писарь фиксирует новый погост Спасо-Талицкий, выросший у деревянной часовни Святого Спаса у Талого Ключа, где было 7 церковных дворов и 13 бобыльских. Через 50 лет в переписной книге 1678 года сообщается о строительстве деревянной церкви, а каменная Спасская церковь была возведена через 100 лет, в 1781 году, приход которой состоял из 54 селений.

Кирпичная церковь Спаса Нерукотворного Образа, сохранившаяся до наших дней, строилась с 1773 по 1781 год. Основной объём, двусветный четверик, напоминает храмы великорецкого типа, перекрытый поздним куполом с главкой. К основному объёму пристроена вместительная трапезная, расширенная в 1830 году и надстроенная в начале XX века. С запада в трапезную встроена восьмигранная колокольня над шпилем. Вход обрамляет позднее пристроенное крыльцо. В XVIII веке каменное строительство было в основном культовым, храмы строились на средства добровольных пожертвований прихожан или отдельного лица. На общем сходе прихожане решали вопросы, связанные со строительными работами, часто сами принимали в них участие наряду с наёмными каменщиками. Подрядчик учитывал пожелания заказчиков, которые указывали на конкретный архитектурный образец и вникали в процесс строительства.

Спасский храм определил самобытный и красочный язык "вятского барокко", местного архитектурного стиля, который интерпретировал формы столичной архитектуры середины XVIII века, старые традиционные мотивы и элементы петербургского зодчества, дополненные новыми приёмами, выработанными на землях Великого Устюга. Здания украшались затейливой кирпичной резьбой в духе русского узорочья с присущей вятским мастерам самобытностью. В Спасском храме можно видеть нарядность за счёт картушей, украшающих оконные наличники, а также фасад, украшенный полуколонками и резными архитектурными деталями, окрашенными в синий и бирюзовый цвет на белоснежных стенах. Архитектурный орнамент, впитавший колорит и художественные приёмы вятских народных промыслов, органично включён в систему декоративных мотивов архитектурной пластики. Трёхчетвертные колонки, богатые картуши, пышно оформленные окна храма и трапезной, сочные консоли, "бровки", "ширинки" и другие элементы придают фасадам декоративность и оригинальность.

Спасский храм, один из немногих храмов Вятской Епархии, где богослужения совершались в годы гонений на Церковь. Духовенство и жители села смогли сохранить старинное благолепие храма. В официальных документах и на дорожных указателях село значится как Спас-Талица, а в народе, просто Спас. Удивительно, как сохранилось Имя Божие на картах Кировской области, несмотря на попытки богоборцев стереть его с лица земли. К 70-м годам XX века в округе осталось несколько действующих храмов во имя Святой Троицы: в сёлах Истобенск, Быстрица, Волково, Кстинино, а также церковь во имя Спаса Нерукотворного Образа в Спас-Талице.

Сохранение старинного храма требовало больших усилий. Власти не давали разрешения на ремонт, а строительные базы не продавали стройматериалы. Если здание ветшало, это могло стать поводом для закрытия храма. Однако в соседнем колхозе нашёлся смелый председатель Виктор Николаевич Дресвянников, который оформлял стройматериалы для храма через свой колхоз. В годы атеизма Спас-Талицкую церковь спас мужественный поступок Анны Вылегжаниной. Когда власти опечатали двери храма, она поехала в Москву и попала на приём к Н. С. Хрущёву. Какой разговор состоялся у неё с Генеральным секретарём, осталось неизвестным, но вскоре после её возвращения власти открыли Спасскую церковь и вернули узорчатые решётки на окна. По словам очевидцев, кроме решёток ничего больше не тронули. Село Спас-Талица и Спасская церковь связаны с Яковом Егоровым, участником войны с Наполеоном, полковником, который, согласно надписи на надгробном камне, будучи родом из крестьян, достиг высокого воинского звания, служил в Преображенском полку, отошёл ко Господу 14 февраля 1829 года и был похоронен за алтарём Спасской церкви. Словно про него написал Лермонтов: "Полковник наш рождён был хватом, слуга Царю, отец солдатам." За воина Иакова теперь вынимают частички святой просфоры за каждой литургией.

Современная история Спасской церкви не менее интересна, чем архитектура здания. Недавно в храме произошло чудо, которое разнеслось по Вятской епархии. Настоятель церкви, священник Николай Смирнов, решил почистить киоты святых икон. Когда он снял стекло с иконы Божией Матери "Скоропослушница", написанной в прошлом веке монахиней одного Вятского монастыря, то заметил, что на стекле отразилась точная копия образа, сделанная из мельчайших капелек. Сколько лет назад отпечаталось изображение, было неизвестно, так как киоты не снимались много лет. Батюшка поместил этот образ в алтарь и направил рапорт Вятскому митрополиту Хрисанфу. Вскоре в село прибыла епархиальная комиссия во главе с благочинным протоиереем Михаилом Ильницким, которая подтвердила действительность чуда. О "Талицком" чуде заговорили по всей Кировской области и за её пределами. Люди стали приезжать в храм, чтобы увидеть нерукотворный образ. Некоторые благоговейно прикладывались к стеклу, а другие просто с любопытством разглядывали творение Невидимого Художника. Появились материалистические версии о том, как отпечатался образ на стекле. Предполагали, что свежие краски иконы каким-то образом "впитались" в структуру стекла, создав точную "фотокопию". Тем временем настоятель каждую субботу совершал молебны перед чудотворным образом. Для "старого" образа Скоропослушницы, писанного красками, он решил заказать новый киот. И вдруг обнаружил, что на стекле, временно покрывавшем писанный образ, проявилось новое нерукотворное изображение, аналогичное первому. Видимо, оно было явлено для подтверждения чуда.