Кишиневский погром 6, 7 апреля 1903 года стал одним из переломных событий предреволюционной России. Поводом послужило исчезновение подростка в Дубоссарах, которое местная пресса, прежде всего газета «Бессарабец» Крушевана, подала в духе ритуального навета. Слухи о жестокости евреев по отношению к христианам распространялись по городу в преувеличенном виде, что накалило обстановку. В ходе беспорядков погибло около 50 человек, около 600 получили увечья, была повреждена треть городских построек; власти на местах, включая губернатора Раабена, не сумели своевременно пресечь насилие, за что он позже был отстранен от должности.

Реакция мира была мгновенной - само слово «погром» вошло в международный лексикон. Стоит отметить, что часть распространившихся тогда сведений о зверствах оказалась впоследствии недостоверной: на суде выяснилось, что свидетель, чьи показания легли в основу самых шокирующих публикаций, лично ничего подобного не видел.
Для революционного движения значение событий оказалось значительным. Удар по надеждам на постепенную эмансипацию радикализировал часть еврейской молодежи: одни обратились к сионизму и эмиграции, другие - к революционной борьбе. Из этой среды пополнялись боевые организации эсеров и социал- демократические кружки. Распространилась и версия о причастности министра внутренних дел Плеве к попустительству погромщикам - эта версия, документально не доказанная, тем не менее укрепила враждебность к власти и стала одним из фонов последовавших террористических актов, включая убийство Плеве в 1904 году.

Кишинев ослабил доверие к власти внутри страны и за рубежом, став одним из факторов, ускоривших нарастание революционного кризиса, который вылился в события 1905 года.​​​​​​​​​​​​​​​​