В ночь на 17 июля 1918 года в доме Ипатьева вместе с царской семьей были расстреляны еще четыре человека: врач Евгений Боткин, горничная Анна Демидова, камердинер Алексей Трупп и повар Иван Харитонов. Внук Харитонова до сих пор живет и работает в Петербурге. Сам Иван Михайлович, по одной версии, был сиротой, а по другой, воспитывался в семье чиновника, близкого ко двору. В 12 лет он начал работать на кухне, и вскоре стал поваром второго разряда. С 1891 по 1894 годы Харитонов служил на флоте судовым коком, а затем вернулся на императорскую кухню в качестве старшего повара.

Харитонов испытывал уважение к Николаю II как к человеку и как к царю, поэтому добровольно отправился с ним в ссылку в Тобольск, а затем в Екатеринбург. Перед отъездом некоторые приближенные государя почувствовали опасность. Камердинер Волков подошел к Харитонову и предложил отдать золотые часы семье, на что повар ответил: "Что бы ни случилось, надо до конца надеяться на лучшее". В ссылке условия жизни были тяжелыми, часто не хватало продуктов, а часть пайка разворовывалась конвоем. Харитонов из круп, вермишели, тушенки и овощей старался готовить вкусные блюда. Государь даже как-то сказал: "Хорошо меня кормишь, Иван".

Однажды, когда семья Романовых обедала, красноармеец нагло сунул ложку в тарелку императрицы, попробовал суп и злобно заметил: "Вас всё-таки ещё ничё кормят". В дневнике государыня писала: "Привезли мясо на 6 дней, но так мало, что хватит только на суп. Харитонов приготовил макаронный пирог, потому что мяса не было". Повар также занимался с детьми императора, обучая их хлебопечению, показывая, как ставить и месить тесто, выпекать хлеб.

Во время расстрела Иван Харитонов погиб одним из первых. После залпов несколько человек еще оставались в живых, хоть и тяжелоранеными, среди них были царевич Алексей и горничная Анна Демидова. Их добили штыками.