Под Новый год на наших праздничных столах всегда появляются мандарины, чаще всего абхазские. Эти фрукты давно стали неотъемлемым символом праздника. Однако их "праздничный" статус возник случайно благодаря купцу Николаю Игумнову. История началась в конце 19 века, когда Николай Васильевич владел Ярославской Большой мануфактурой, производившей ткани высокого качества.

Будучи состоятельным человеком, Игумнов решил построить в Москве настоящий дворец. Архитектор Николай Поздеев учёл все его пожелания. Купец хотел, чтобы дом был в неорусском стиле с богатым декором, демонстрируя его состоятельность. Для интерьера заказывались картины, мебель и плитка у лучших производителей Европы и России. Однако, когда дом был готов, москвичи критиковали его за отсутствие стиля и излишнюю роскошь.

Игумнов устроил новоселье с размахом: пригласил высшее общество и разбросал по комнатам золотые монеты. Это вызвало недовольство Николая II, так как на монетах было его изображение. По ним ходили и танцевали, что государь воспринял как оскорбление. После этого Игумнов, по слухам, попал в немилость и был сослан в Абхазию.

Но Николай Игумнов не унывал и занялся агрономией на Кавказе. Он увлёкся тропическими фруктами и начал выращивать киви, манго и цитрусовые, включая мандарины, которые хорошо прижились на абхазской земле. Предпринимательская жилка не покинула его: мандарины стали товаром, а позже он открыл небольшой рыбоконсервный завод. В советские годы его "экспериментальное имение" национализировали и превратили в совхоз, где он до конца жизни трудился агрономом.