Сто лет назад в Берлине, находясь в изгнании, скончался русский государственный деятель Александр Васильевич Кривошеин (19 [31] июля 1857, Варшава, 28 октября 1921).

«Редкое сочетание: такт, воля, выдержка, осторожность и в то же время жадное стремление к жизни! Ненасытный интерес к людям, человеческим характерам, к неизвестному. Никакого идеализма, но упрямая любовь к Родине. Хотя у него не было исключительных дарований, он обладал редким даром и инстинктом строителя: умением собирать, а не растрачивать русскую силу. Жизнь, казалось, случайно возносила его, дельца, практика, "интригана", каким его считали враги, на все большую высоту. Однако именно благодаря своей чуткости и гибкости он непрерывно рос, умнел, учился и стал крупным государственным деятелем. Начав, как все, с погони за успехом, он незаметно для себя пришел к самопожертвованию», писал И. И. Тхоржевский.

«Человек исключительной эрудиции, культурности и широкого кругозора, с ясными взглядами, он умел быть терпимым и обладал редкой способностью становиться на точку зрения другого, убеждая собеседника с исключительным тактом, избегая всего, что могло бы его задеть. Принадлежа к государственным людям старой школы, он, конечно, не мог быть в числе тех, кто готов был принять революцию, но ясно осознавал необходимость её учесть. Он умел приспосабливаться к новым условиям работы, требующей необыкновенного импульса и не терпящей шаблона», отмечал П. Н. Врангель.

Александр Кривошеин похоронен на Русском православном кладбище в Тегеле.