Во второй половине XVII века обширное владение в начале 1-й Мещанской улицы, ныне проспекта Мира, принадлежало Матвею Григорьевичу Евреинову. Он был еврейским мальчиком, взятым в плен во время русско-польской войны и служившим у московского купца. После заключения Андрусовского перемирия его освободили, и он поселился в Мещанской слободе. Занявшись торговлей, Евреинов со временем вошел в 1-ю купеческую гильдию и стал владельцем шелковой фабрики. В конце столетия он построил на своем участке каменные палаты. Владение оставалось у Евреиновых до конца XVIII века, когда его приобрел тайный советник Николай Семенович Лаптев, который перестроил старинный дом.

В 1869 году здесь, на квартире своего друга Петра Успенского, женатого на младшей сестре Веры Фигнер, некоторое время жил революционер Сергей Нечаев. Он возглавлял кружок "Народная расправа" и стал известен убийством студента Иванова из Петровской сельскохозяйственной академии. Нечаев бежал за границу, но был выдан России и умер в Петропавловской крепости. Достоевский изобразил его в романе "Бесы" под именем Петра Верховенского.

Главный дом усадьбы Евреиновых, со временем ставший дворовым флигелем, был скрыт от 1-й Мещанской улицы трехэтажным доходным домом, построенным в 1885 году архитектором В. Загорским для нового владельца, купца В. Камзолкина. Богатая лепнина фасадов, кариатиды на эркерах и скульптурные композиции были выполнены С. Коненковым. Это была одна из первых публичных работ молодого скульптора, который позже стал знаменитым. В своих мемуарах "Мой век" Сергей Тимофеевич вспоминает, что заработанные сто рублей позволили ему купить швейную машину "Зингер", что произвело впечатление на его семью.

Интересный факт: внук купца, художник Евгений Иванович Камзолкин, в 1918 году создал классический советский символ "Серп и молот".

Позже владение на 1-й Мещанской перешло к потомственному почетному гражданину А. Журавлеву, а последними предреволюционными хозяевами были известные лесопромышленники Фирсановы.